Шишкин Владимир г. Симферополь

Ещё раз о профессионалах и любителях

Всю то жизнь я дурачился с песней,
Бегал, прыгал, играл в чехарду,
Называть это дело профессией,
Как хотите, никак не могу.
Юлий Ким, "Безразмерное танго"

Разговоры о профессионализации жанра авторской песни, возможно, порядком всем надоели, но удер-жаться от замечаний по этому поводу трудно.
Когда 25 лет назад я увлекся неким песенным жанром, он назывался самодеятельная песня, и это нико-го не удивляло. Самодеятельностью это было не только по формальному признаку, (не буду перечислять профессии родоначальников жанра, они большинству известны), жанр был альтернативой профессиональ-ной песне по сути, так как служил трибуной для выражения мировоззрения не конформистски настроен-ной части общества. Важным для меня было то, что раз самодеятельная, то я имею полное право этим заниматься.

Когда некоторые авторы из первой волны стали уходить в профессионалы, это не вызвало революции, они это делали корректно - становились артистами филармоний, писали для театров (Ким, Дольский) и т. д. Конечно, не все оставили свои профессии. Бесконечно уважаю А. Городницкого, который на протяжении всей трудовой деятельности совмещал песни и науку. Не думаю, что Визбор считал себя профессиональ-ным автором-исполнителем.

Другое дело сейчас. Нынешние профессионалы пытаются приспособить жанр под себя, разделив всех на касты, шпыняя любителей, и грубо говоря, плюют в колодец, их вспоивший. Они довольно активно обозначают свою позицию, с ними мало кто спорит, и даже стало считаться, что профессионализация жанра это единственный путь развития.

Я осмелюсь заявить, что мне, например, очень нравятся понятия самодеятельность и любитель. Это за-мечательно, если человек, в свободное от работы время, с любовью делает какое-то дело, приносящее радость людям, не собираясь продаваться.

Говоря о профессионализме, часто подразумевают просто высокий уровень мастерства, но при этом происходит подмена понятий. Если мы обсуждаем какую-то проблему, необходимо одинаково трактовать базовые термины и определения, иначе - вавилон. Откроем словарь Ожегова:
Профессионал - человек, сделавший какое-ниб. занятие своей постоянной профессией.
Фотографы профессионалы и фотографы любители.
Соответственно Профессия - основной род занятий, трудовой деятельности.
Заметьте - уровень мастерства не оговаривается, если платят деньги - профессионал. И замечательный пример с фотографами. Да, есть профи, но полно любителей. Они объединяются в клубы, общаются, уст-раивают выставки, самовыражаются и не спорят о профессионализме. Но об этом позже.
Выходит все просто. Профессионал - тот, кто освоил какие-то навыки и продает результат их исполь-зования. Неизбежно для него остро стоит вопрос востребованности этих результатов.

Любитель - тот, кто творит от избытка творческой энергии, любви к людям и природе, руководствуясь божьим даром, талантом и интуицией (вопросы сублимации в творчестве не рассматриваем, как надуман-ные). При этом материальную независимость ему дает какая-нибудь профессия, а творческую независи-мость - неподконтрольность творческим союзам, цензуре и часто, как ни странно, отсутствие образования в выбранной для творчества области, что обеспечивает свободу от стереотипов и самобытность.

Почему же такой "наезд" на любителей. Многое, по настоящему значительное, создано ими. Колесо, например. Не было на заре цивилизации профессионального конструктора колеса, но оно появились, бла-годаря безымянному гению. Потом возникли Мерсы и ВАЗы, но одновременно сотни людей продолжали строить самодельные авто, объединяясь в клубы технического творчества, и не потому, что автомобиль было трудно купить в Союзе, а потому, что потребность в самовыражении многообразна и вездесуща. Телепередача "Это вы можете" была их трибуной
Самолет построили автомеханики братья Райт, опять же не было тогда проф-х конструкторов самоле-тов. Потом возникли АНы и Боинги, но сотни людей продолжают заниматься конструированием и по-стройкой сверхлегких летательных аппаратов. В середине 80х проходили всесоюзные слеты любителей СЛА, где можно было увидеть потрясающее буйство конструкторской мысли. Опять же мало кто знает, что в США, где самолет доступен как автомобиль, полно самодельщиков. Ежегодно они слетаются в город Ошкош на фестиваль.

Мне, как инженеру-конструктору близки примеры из области технического творчества, однако, может быть такие параллели не применимы к художественным жанрам?
Но вот теледокументалистика - очень профессиональный жанр искусства, но тысячи людей с телекаме-рами снимают, что попало. И нет бы, смотреть это у себя на диване, они присылают сюжеты на ЦТ в пере-дачу "Сам себе режиссер" и тысячи телезрителей умиляются, просматривая сюжеты довольно сомнитель-ной художественной ценности. Видимо, любительство тоже имеет право на публичность.
Поэзия и изобразительное искусство так же бывают профессиональными и любительским. Но там, на-верное, проще, член союза - профессионал, не член - любитель. Хотя любители тоже издаются, выступают на фестивалях и т. д. Любительские театры еще одно широко распространенное явление, и уж там точно самим себе спектакли не показывают, обязательно ориентация на зрителя.

Конечно, и любительство может принимать дикие формы, от курьезных (изобретатели вечного двига-теля), до криминальных (черная археология). Но и профессиональными могут быть киллеры и, господи прости, революционеры. С ума можно сходить при любом статусе. Кстати, атомную бомбу создали и применили абсолютные профессионалы.

Возможно, аргументация с помощью аналогий не очень корректна. Но Михаил Барановский, ратуя за профессионализм, обычно задает иезуитский вопрос: "Когда у тебя заболят зубы, ты пойдешь к профес-сиональному стоматологу?" Разумеется, да, но это демагогия, потому, что стоматологов-любителей не существует. Что же касается медицины в целом, то успехи целителей-нетрадиционщиков несомненны, а проф-е медики не могут справиться ни со СПИДом, ни с раком. Профессиональная диетология вообще лженаука, это убедительно доказал профессор Андреев (филолог), председатель Всесоюзного совета КСП. Его лекции о правильном питании, прочитанные в начале 80-х в лагере "Барзовка", и ходившие в записях и самиздате, были изданы потом книгой "Три кита здоровья".
Одним из главных аргументов профессионалов, остается тот, что сцена имеет свои законы и требует определенного уровня мастерства, не имея которого можно петь только у себя на кухне или в кустах. При этом критерии весьма расплывчаты и уровень каждый критик отстраивает от своего, то есть очень субъек-тивно. Часто на второй план оттесняется самобытность и искренность исполнения. Это привело к тому, что возникла генерация исполнителей, фанатично шлифующих 2 - 3 песни, для участия в конкурсных фестива-лях, и их совершенно неинтересно слушать в компании, им нечего показать, и общих песен они не знают. Так умирают традиции.
Это очень важный момент. У Григория Дикштейна есть замечательные слова:
"… Но для того эта песня придумана, чтоб её пели со мной…"

Старые мастера гордились, когда их песни подхватывались массами и становились народными. Ны-нешние, все больше, создают песню, как концертный номер, и ужасаются, если кто их запоет, да чуть-чуть не так.

С другой стороны, если спросить у обыкновенного потребителя музыкальной культуры, кто такие про-фессиональные авторы-исполнители, он почти наверняка ответит, что это Газманов, Агутин, Добрынин, Укупник, Николаев, Юрий Антонов, наконец. И будет прав, к их статусу не покопаешься. Однако "наши" профессионалы что-то не хотят выступать в одном формате с ними. Им почему-то комфортнее на одной площадке с какой-нибудь десятиклассницей, которая срифмовала любовь и кровь и спешит этим поделить-ся. Я, кажется, догадываюсь почему. Дело даже не в отсутствии денег на раскрутку. По настоящему массо-вая аудитория, с которой должен работать профессионал, чтоб заработать, состоит из обывателей, и поко-рить такую аудиторию можно только попсой. А это уже потеря лица для барда. Поэтому заманчиво исполь-зовать воспитанного десятилетиями зрителя, но хорошо бы помнить, что воспитан он поколениями люби-телей.
По человечески я хорошо понимаю профессионалов. Конечно, очень хочется заработать на жизнь увле-чением. К сожалению, почти всегда, это требует поступиться частью творческой свободы.

По свидетельству главного апологета профессионализма в АП Виктора Байрака на Украине пять про-фессионалов. Ну а любителей то тысячи, так какой же жанр они представляют?

Работая в студенческих стройотрядах, я наблюдал бригады строителей, которые быстро и довольно ка-чественно возводили несложные строения типа коровников и сельских домов. Не имея достаточных осно-ваний называться профессиональными строителями, они именовались шабашниками. Так вот, ребята, извините, но уж очень напрашивается аналогия. Работаете вы не по графику, составленному продюсером, а от случая к случаю, когда пруха прорежет, и в профсоюзах не состоите. Точь в точь, как шабашники.

Есть еще профессиональные "фестивальщики", но об этом явлении исчерпывающе написал Юрий Чай-ка в песне "Фестивальная диссидентская".
На самом деле, я знаю на Украине только одного автора, который корректно ушел из бардов в профес-сионалы. Это Константин Фролов из Симферополя. На авторские концерты и спектакли, проходящие регулярно, он собирает тысячные залы. При этом афиши приглашают на встречу с поэтом и актером Рус-ского драматического театра. И практически нигде не объявляется, что Костя дважды! (1978 и 1987 г.г., можете проверить) лауреат Грушинского фестиваля, в отличие от многих самопровозглашенных профес-сионалов.

КСП это среда, предназначенная для самовыражения, посредством сочинения и исполнения пе-сен, непрофессиональных поэтов и композиторов. И всегда найдутся зрители согласные слушать непро-фессиональные, но искренние песни. Потребность в этом неистребима, и никто не сможет лишить возмож-ности выступать любителей, даже в век сплошной коммерциализации.

Шишкин Владимир г. Симферополь
(Сохранены Выделения автора))

Еще статья о Профессионализме Вл. Губернского